Николай Юрьевич Романов

2275.5
Россия, Москва / Париж

«Потопите льдину !» (из воспоминаний)

Led
 

Сразу замечу, что все написанное ниже – это полностью достоверная история, частично относящаяся к практике российского министерства иностранных дел, сопровождавшаяся по состоянию на 2000 год, когда я в последний раз держал в руках эти документы, внушительным юридическим делом, состоявшим к тому времени уже из шести разросшихся до невообразимых размеров скоросшивателей и девяти толстых папок международной и служебной переписки, поток которой, - судя по тому, как продвигался вперед этот сюжет, - и не думал иссякать. Обычно, работая со студентами, слушателями и аспирантами, я всегда привожу этот прецедент в качестве примера того, как люди и компетентные органы в России панически боятся брать на себя ответственность и до чего это может в итоге довести, равно как и к чему самим учащимся следует готовиться в будущем, когда они столкнутся с чем-то подобным, уже начав работать в таких структурах.

Итак, эта весьма затянувшаяся и по-своему замечательная история, ставшая незабываемым эталоном международной переписки и активного сотрудничества на уровне МИД и силовых структур нескольких европейских государств акватории Балтийского и ряда прочих морей, включая, разумеется, и Россию, - вошедшая даже в особенно популярные анналы МИД-овской сатиры и юмора, - началась в 1994 году, в конце лета, когда на железнодорожном перегоне в сторону Выборга, на грузовой станции в пункте назначения, из только что пришедшего товарного вагона какие-то особенно талантливые похитители украли целое стадо приготовленных к заготовке свиней.

Натурально, как и всегда бывало в те годы на станциях, пропажу в этом самом пункте назначения обнаружили только вечером. При осмотре и составлении соответствующего акта стало очевидно, что дверь вагона изначально была не заперта и в итоге оказалась просто открытой злоумышленниками, после чего им только и оставалось, что немного подождать и вытолкнуть затем наружу всех свиней на том участке маршрута на пути к станции, где поезд останавливался на стрелках или снижал скорость настолько, что его можно было обогнать даже пешком. Или и того проще, - дождаться подачи поезда на стоянку к грузовому перрону, выгнать на него из вагона свиней и уже оттуда с комфортом загнать их в кузова поджидавших их тут же машин, уехав затем восвояси. Что обычно и осуществлялось в 90-е годы преступниками по согласованию с администрацией грузовых станций и при ее полном содействии, - прямо на глазах у всего персонала и без каких-либо лишних ухищрений. 

Иными словами, вся ответственность за пропажу свиней объективно в таком случае ложилась на проявивших халатность железнодорожников и на службу охраны станции, допустивших факт кражи, в чем ни у кого из проверяющих не было сомнений. Кроме, разумеется, самих железнодорожников и ВОХР-овцев, которым совершенно не хотелось расплачиваться за эту самую свою якобы халатность и среди которых в данном конкретном случае нашелся один бывалый человек, который за ящик водки обратил внимание комиссии на следы якобы того, что замок на двери вагона якобы был взломан. И которых - самых следов - при первом осмотре места происшествия члены комиссии якобы случайно не заметили (но которые оперативно были организованы при помощи подручных средств, когда члены комиссии смотрели в другую сторону). 

Следы взлома – это уже серьезно. Это уже преступление. Кража. Да еще и в особо крупных размерах. А вовсе не следствие элементарной халатности обслуживающего вагон персонала.  

Для протоколирования составления акта вызвали станционного милицейского начальника, который, вникнув в суть произошедшего и совсем не желая «повесить» на себя бесперспективное дело о краже, выявленной в подконтрольном ему пункте грузовой приемки, за пару бутылок водки согласился со всем, что было написано в бумаге, дополнительно указав, что «на момент выявления факта совершения преступления по имеющимся признакам было установлено, что оно произошло где-то в пути следования, а не в месте прибытия и приемки груза». Сняв тем самым с себя и с ВОХР-овцев всякую ответственность за произошедшее.

Правда, как немедленно выяснилось, участвовавшие в этой затее железнодорожники, - в ужасе рисуя перед глазами перспективу того, «что им грозит при всех вытекающих обстоятельствах», - слишком уж поторопились сфабриковать следы взлома железнодорожной двери, в результате чего оставили их на ней топорами и ломами не снаружи, как предполагается в случае классического взлома, а … изнутри вагона. Как если бы злоумышленники уже находились там, забравшись в вагон вместе со свиньями или проникнув в него через люки в крыше где-то по пути. И чтобы открыть в нужный момент дверь, им пришлось в нужный момент проламываться через нее изнутри наружу. О чем и свидетельствовал характер обнаруженных повреждений. Чем с железнодорожников полностью снималась вся ответственность за халатность за незапертую дверь, а со станционной милиции, ВОХР-а и администрации – за факт хищения ценного груза прямо у них из-под носа по месту его прибытия.  

А раз похищение свиней произошло «где-то в пути», на место вызвали официальных представителей милиции (так эта государственная служба еще называлась в те годы) на железнодорожном транспорте. На основании составленных и заверенных актов и протоколов начали заводить уже серьезное уголовное дело. Поскольку налицо были все следы взлома двери железнодорожного вагона, и спустить дело на халатность самих железнодорожников, просто забывших закрыть дверь, а также на злой умысел станционной администрации и милиции, никак не получалось. 

Всем было понятно, что никаких свиней найти уже не удастся. В том числе и самим «железнодорожным» милиционерам, которым вовсе не хотелось получать в свой и без того удручающий пассив еще один т.н. «висяк», и которые, посовещавшись, нашли свидетеля, который за пару бутылок водки подписал им бумагу, что видел, как «вырвавшиеся на свободу» свиньи сами, без посторонней помощи, в такой-то день и в такое-то время, на его глазах, «сами взломав изнутри» дверь проходившего мимо вагона, выскакивали из нее на железнодорожную насыпь.

После чего, с чистым сердцем, «железнодорожники» переслали уже сшитое дело «беглых свиней» территориальному отделению милиции, отвечавший за этот район вблизи морского побережья. «Территориалы», быстро сообразив в чем дело и также не желая получать в свой не менее удручающий пассив очередной «висяк», начали спешно искать выход из сложившейся ситуации. Будучи людьми опытными, они скоро вспомнили, что территория, отстоящая от железнодорожного полотна на пять метров, относится к зоне ответственности железнодорожной милиции, после чего им только и оставалось, что найти уже двух свидетелей, которые также за несколько бутылок водки написали им бумагу, что видели, как в такой-то день и в такое-то время из проезжавшего мимо поезда выпрыгивали свиньи, которые затем организованно бежали «прямо рядом с ним» вдоль полотна железной дороги в направлении, совпадавшим с движением маршрута «скрываясь из виду за поворотом». На основании чего «территориалы» со спокойной душой отфутболили дело обратно «железнодорожникам» по принадлежности, т.к. все, что лежало в пределах пятиметровой области вдоль железной дороги, к ним отношения не имело.

Обескураженные «железнодорожники», получив назад несколько пополневшее дело, в первое время пришли в уныние, пока среди них не нашлась светлая голова, по предложению которой они нашли еще одного свидетеля, который опять-таки за бутылку водки подписал им бумагу, что своими глазами видел, как свиньи, в такой-то день и в такое-то время, «выломав дверь железнодорожного вагона», выпрыгивали из него наружу, на расстояние, однозначно большее пяти метров, и, некоторое время пробежав друг за другом «гуськом» вдоль насыпи, затем сворачивали и убегали «строем» в сторону от железнодорожного полотна «вглубь прилежащей территории». После чего спихнули дело обратно «территориалам».

«Территориалы», понимая, что делать больше нечего, снова взгрустнули, пока уже среди них не нашлась еще одна светлая голова, которая обнаружила, что в том месте, где предположительно произошло бегство свиней и в котором разворачивалось все действие описанных событий, протекает небольшая река, рядом с которой как раз и проходит железная дорога. После чего им только и оставалось, что найти подходящих свидетелей из числа местных рыбаков, которые опять же таки за несколько бутылок водки написали им бумагу о том, что своими глазами видели, как в такой-то день и в такое-то время пробежавшая мимо них со стороны железной дороги «колонна свиней» дружными рядами бросилась в реку. Отправив вновь пополневшее дело уже в местное подразделение милиции на водном транспорте. С чистой совестью, т.к. свою часть следственных действий они тем самым успешно выполнили и завершили 

Получив столь солидно проработанное дело со свидетельскими показаниями, «речники» быстро сообразили, что все в итоге хотят повесить на них, чего им тоже никак не хотелось, т.к. с раскрываемостью у них было еще даже хуже, чем у «территориалов» и «железнодорожников» вместе взятых. И они, схватившись за голову и предварительно проконсультировавшись у «территориалов», уяснив суть происходящего, уже «по накатанной» тоже нашли себе свидетелей из числа прибрежных жителей, которые опять же таки за несколько бутылок водки подписали им бумагу о том, что видели, что в такой-то день и в такое-то время по течению реки мимо них проплывала «стая свиней», направляясь в сторону моря. Дополнив затем для верности эти свидетельские показания еще одними, полученными опять же за несколько бутылок водки у находившихся в тот день на морском берегу туристов, которые якобы видели, как в такое-то время приплывшие «из глубины континента» по такой-то реке свиньи, «не высаживаясь на берег» (явно, чтобы не подвести опять «территориалов»), «с ходу бросались в волны Финского залива». После чего, с чистой совестью переслали вновь пополненное «свидетельскими открытиями» дело уже службе морской милиции по акватории Финского залива.

Получив столь неожиданный для себя «подарок», «моряки» явно не знали, как им поступать дальше. Поскольку их неоднократные тщетные попытки отфутболить назад дело с отписками типа «в такой-то день и в такое-то время перемещение группы свиней вдоль побережья зафиксировано не было» или «в такой-то день и в такое-то время на всей территории побережья Финского залива случаев несанкционированного выхода «стада свиней» из моря на прилегающие пляжи выявлено не было» или «в такой-то период времени никаких подозрительных свиней, совершавших противоправные действия на пляжах подотчетной акватории замечено не было» и т.п. заявления, судя по резолюциям, явно у начальства успехов не имели. Равно как не имела успеха и их попытка «прикрыть дело», написав рапорт о том, что ввиду того, что в такой-то день и в такое-то время волнение на море в месте впадения в нее реки (такой-то) составляло один-два балла, не привыкшие к такому шторму свиньи (скорее всего) захлебнулись в холодной морской воде и утонули, а поиск их тел затруднен сильным боковым течением, «временами» (!) возникающим в данном районе и уходящим далеко в море. 

А может быть «моряки» просто не знали, как полагается выходить из положения в таких случаях на суше. Все же таки морские люди. Или, может быть, просто командир у них попался жадный до водки. Кто знает ? Так или иначе, но «висяк» оказался в итоге на них, и нужно было что-то срочно предпринимать, пока он окончательно не испортил им всю статистику. 

Не изучив (или в итоге так просто и не переняв) ценный опыт коллег, «моряки» в итоге все же нашли выход из положения, и тоже нашли, - но уже из числа своих коллег, - свидетелей (а времени уже прошло по меркам следствия порядочно !), которые написали бумагу, что действительно, в такое-то время и в такой-то день во время осуществления их нарядом прохождения маршрута патрулирования на катере вдоль побережья ими были издалека замечены свиньи, тесной группой направлявшиеся по морю в сторону (ВНИМАНИЕ!) государственной границы. После чего, переведя дух, «моряки» милиционеры с довольным видом сплавили уже изрядно разросшееся дело органам Пограничной Службы Российской Федерации.

Пограничники были люди бывалыми, которым, как и всем «особистам», любая, даже самая не лишняя работа всегда бывает совершенно ни к чему. Поэтому они быстро прислали назад «морякам» дело с короткой отпиской в том плане, что в такой-то период (с … по …), «косяк свиней» государственную границу Российской Федерации на вверенном им участке по морю не пересекал. 

Но к тому моменту представители морской милиции тоже стали уже людьми бывалыми, а может быть, просто их командир решил лишить себя нескольких бутылок горячительного, предварительно проконсультировавшись «за знание» с коллегами из речной и территориальной милиции, - одним словом, меньше чем через неделю в службу погранвойск от «моряков» вновь поступило то же самое «свинское дело», но уже со свидетельскими показаниями смотрителя некоего маяка, который (опять же таки за несколько бутылок водки) подтвердил, что такого-то числа в такое-то время «на основании данных журнала наблюдений» (как уж они их туда вписали или вклеили постерьорным образом, - неизвестно) на осевой линии фарватера на траверзе мыса такого-то в море было замечено «обширное стадо свиней», двигавшееся со скоростью такой-то в направлении государственной границы Российской Федерации, до которой им оставалось что-то около двух кабельтовых. Причем, к свидетельским показаниям была сделана приписка (правда, уже другой рукой), что «обратного перемещения замеченного при наблюдении с маяка свинского стада в сторону морского побережья Российской Федерации (в таком-то районе) впоследствии зафиксировано не было». 

Из чего «моряки» делали о том, что ввиду малого расстояния и высокой скорости передвижения, можно с уверенностью говорить о том, что замеченные наблюдателями с маяка (такого-то) «возможно, имели целью и легко могли покинуть территориальные воды Российской Федерации вследствие чего пересекли ее государственную границу по морю». К чему прилагалась обширная справка  «моряков» о том, что в такой-то день патрульными группами движения свиней в море вблизи и в сторону побережья не наблюдалось. А также еще более обширная справка «территориалов» о том, что в такой-то период времени вдоль линии всего морского побережья высадки групп свиней зафиксировано не было. Что позволяло всем видам существовавшей на тот момент в России милиции наконец-то спихнуть с себя это «дохлое» дело, перепасовав его органам погранслужбы, и вздохнуть свободно.

Впрочем, оказалось, что это все закончилось ненадолго. Потому что информация об этом «запутанном деле» просочилась в прессу и даже юмористам-сатирикам, и под удар вполне могли попасть зеленые погоны очень солидных и что самое главное, ни в чем не виноватых людей. А поскольку под такой вот незапланированный и ничем не мотивированный удар попадали более чем серьезные представители наследников системы КГБ СССР и вновь тогда еще лишь нарождавшейся ФСБ России, легко можно было ожидать и самых разрушительных ответных ударов и последствий для сотрудников милиции, которым волей-неволей приходилось вести и фабриковать это дело. Тем более, что в этом случае слишком уж налицо было явно несанкционированное пересечение государственной границы домашними животными и прочий букет самых разнообразных нарушений, - включая и попытку скрыть факт такого пересечения пограничниками, - что в совокупности позволяло раздуть историю до любых размеров злого умысла, включая и сельскохозяйственный заговор против Российского государства и санкционированную контрабанду сельскохозяйственной продукции морем в живом виде, как тоже в те годы часто практиковали ушлые люди от российского бизнеса. Правда, фигурировали в этих делах тогда обычно все же таки рыбы, а не свиньи.  

Дело, как это всегда бывает в подобных случаях в Новой России, удалось решить при помощи взаимных межминистерских компромиссов и уступок. Прежде всего, по линии ФСБ быстро было проведено следствие и отправлен отбывать приличные сроки наказания весь штат администрации злополучной грузовой станции, а также начальник станционной милиции, бывший с ними во всем в сговоре и, как было выяснено следствием, обогатившийся с ними за компанию не только на одной лишь этой истории со свиньями. Также досталось и ВОХР-овцам, но без посадок в тюрьму. Злополучных свиней тогда, правда, так и не нашли, но это было уже не важно. Тем более, что вместе с увозившими их грузовиками они в тот же день бесследно скрылись, - растаяв в тумане в направлении расположенной относительно неподалеку Финляндии, и, право же, особым желанием преследовать их по прошествии столького времени уже никто особенно не горел. 

Как выручили в итоге в этой истории пограничников ? После консультации с «моряками», было решено воспользоваться как-то вскользь прозвучавший в одном из их рапортов ссылкой на морское течение, которое «временами» существовало в данном районе. Действительно ли оно там появлялось или нет, - в тот момент не играло ровным счетом никакой роли, равно как и значения для завершения «свинского дела» это имело еще меньше. По крайней мере, как казалось тогда, - на территории Российской Федерации. 

По результатам договоренностей, пограничной службой совместно с «моряками» был подготовлен развернутый итоговый отчет, в котором сообщалось, что замеченное с маяка стадо сбежавших из железнодорожного состава свиней, - по следу которых до этого уверенно, хотя и совершенно безуспешно шли представители внутренних правоохранительных органов, - двигаясь по морю невдалеке от побережья Финского залива, попало в струю сильного морского течения, захватившего свиней и вынесшего их в открытое море, что в стоявших в тот момент неблагоприятных погодных условиях способствовало тому, что сильно ослабевшие в результате борьбы с водой свиньи вынужденно (!) пересекли государственную границу и вышли в экстерриториальные воды Российской Федерации, где они перестали подпадать под положения о государственно-территориальной принадлежности … и т.д., и т.п. Причем, помешать им сделать это в подобных сложившихся природных условиях было объективно невозможно. Ввиду чего, а также принимая во внимание наличие «значительного волнения», «неблагоприятного ветра» и «сложной ледовой обстановки» (это в конце-то лета !), дальнейший поиск унесенного в море стада свиней в районе пересечения свиньями государственной границы следует считать бесперспективным и прекратить ввиду высокой вероятности штормовой гибели животных. 

Я так вот и представляю себе перед глазами эту полную трагизма и немой скорби картину ! В жуткий летний шторм и снежный буран, кучка беглых свиней, обреченно приговоренных в России к гибели на мясокомбинате, ежеминутно взлетая на гребни волн и проваливаясь в пучину, цепляясь друг за дурга, упорно и целенаправленно из последних сил пытается покинуть столь негостеприимную для них родину, уплывая в неизвестность, в эмиграцию за рубеж, стараясь любой ценой перебраться через морскую границу с Землей Обетованной, расталкивая пятачками несущиеся прямо на них ледяные глыбы, а заодно и целые айсберги, - стремящиеся в отместку за дерзость превратить смелых беглецов в отбивные. И в итоге безжалостная темная морская пучина их всех поглощает. Вместе со стремлением к западной свободе ! Вот каков был драматичный сюжет этого действия в исполнении силовиков ! 

На чем пограничники и милиция благополучно поставили в деле точку и все с удовлетворением и облегчением для души, погон и служебного положения вздохнули. Поскольку, как высокие чины на этот счет опрометчиво посчитали, - если судьба злосчастных рядовых свиней в Российской Федерации была ими столь окончательно и бесповоротно решена, то и сама история могла отныне являться лишь присказкой из области курьезов, которыми так любят делиться между собой разные «ответственные работники» за чашкой кофе с коньяком и в хорошей компании. Увы, но как показали дальнейшие события, все участники предшествующей основным событиям эпопеи в этом сильно заблуждались. Наши свиньи без боя не сдаются ! 

Дело в том, что по линии пограничной службы (или ФСБ, - не могу уже сказать точно, кто уж из них там тогда этим занимался) о подобных событиях, связанных со сколько-нибудь значимым нарушением государственной границы, полагается в служебно-информационном порядке уведомлять еще и Министерство иностранных дел на предмет возможных разбирательств с теми государствами, которые находятся по другую сторону этой самой границы, или с их возмущенными представителями. Собственно, что и было сделано. С приложением в копии (или временами, в оригинале) соответствующего казусного дела, сопутствующих документов и заключения о принятых мерах или выполненных решениях. Чтобы российским дипломатам и консульским работникам было чем оперировать в пикировках с иностранными коллегами и партнерами по нелегкой международной работе в тех случаях, когда российская сторона вновь окажется в чем-либо неправой, но признавать это категорически будет отказываться вплоть до самого последнего аргумента в своем арсенале средств противодействия «иностранным клеветникам».  

Так было сделано и в этом случае. В обычном порядке. Нисколько не придавая значения серьезности случившегося. Да ее и не могло там быть, никакой серьезности во всей этой истории, которую сотрудники «компетентных органов» наконец-то закрыли и спихнули со своих плеч подальше долой. Но … только не для сотрудников МИД, которые не были с самого начала в курсе всей предшествующей эпопеи со сбежавшими за границу свиньями. И посчитали все написанное в объемистом многотомном досье за чистую монету. Со всеми необходимыми для принятия в таких случаях мерами. 

Одним словом, но то ли предупредили кого-то не того, то ли кто-то что-то недопонял или не так понял, - что в системе МИД постсоветского периода случается постоянно почем зря, а в 90-е так с их кадровым кризисом и вовсе было нормой, - - но … в Финляндию, а заодно и в прилегающую к ней Швецию из России по служебным каналам связи полетели запросы с кратким изложением содержания вопроса и глубочайшей по деликатности просьбой сообщить, не замечены ли в море вблизи побережья этих стран или непосредственно на их морском берегу со стороны области границы Российской Федерации в пригодных для морской высадки местах какие-нибудь неизвестные, бесхозные или явно ничейные «свиньи российского происхождения», «имеющие следы длительного пребывания в морской воде» ? 

Но мало того, что запросы были туда направлены, они были там еще получены и самым тщательным образом там рассмотрены. А следует отметить, что за рубежом ко всем подобным даже самым незначительным сообщениям, поступающим по линии министерств иностранных дел абсолютно любых государств (включая даже карликовые «банановые» республики размером с булавочную головку на самой крупномасштабной географической карте), всегда бывает только самое серьезное, ответственное и деловое отношение. 

И … началось.

Немедленно по цепочке были поставлены в известность соответствующие национальные территориальные органы внутренних дел, - которым предписывалось выяснить, не появлялось ли на вверенных им участках побережья «свиней из России», - по закрытым информационным каналам связи тогда еще только окончательно оформлявшегося административно Евросоюза соответствующие сообщения были переданы министерствам иностранных дел в Норвегию, Данию, Польшу, ФРГ и в уже бывшие республики Советской Прибалтики, - с целью проведения их органами внутренних дел и войсками аналогичных проверок на побережье этих стран, - а также капитанам и экипажам гражданских и военных судов, находящихся или находившихся в плавании в тот период в акватории Балтийского моря, - с целью обнаружения, выявления и предоставлении данных о замеченных ими животных объектах, напоминающих по виду … плывущих свиней. С указанием места и времени их обнаружения и примерного направления движения. С максимально точным определением географических координат до минут и секунд, а также того маршрута, по которому могла бы проследовать по Балтийскому морю группа свиней. Все – совершенно серьезно.

Иными словами, злосчастные хрюшки вышли на международный уровень. Всем своим несуществующим стадом. Вырвавшись из России на морской простор. По линии национальных властных органов начали поступать различные депутатские запросы, касавшиеся главным образом вероятности угрозы проникновения инвазивных видов сельскохозяйственных животных на территорию стран Евросоюза и последствий этого для национального сельского хозяйства, а также угрозы намеренного и целенаправленного заражения различными опасными и смертельными заболеваниями местных сельскохозяйственных животных видов (свиней) свиньями из России, намеренно засылаемых столь необычным образом на территорию государств Прибалтики и Северной Европы, путем их естественного смешения с местным поголовьем. А заодно и заражения местных пастбищ опасными микроорганизмами и паразитами, содержащимися в организмах российских свиней, делающих их в дальнейшем непригодными для выпаса и содержания скота. Не говоря уже об угрозе нанесения ущерба чистоте местных пород сельскохозяйственных животных за счет их произвольного скрещивания со свиньями, нелегально прибывающими из России, а также об угрозе контрабандных поставок «живой сельскохозяйственной продукции» по морю, призванной подорвать экономическую стабильность всего региона в обход различных санитарно-эпидемиологических и ветеринарных запретов и ограничений. И т.д., и т.п.  

Между тем, административно-бюрократическая система околобалтийских государств работала исправно. Первой отчиталась Финляндия. Вероятно потому, что в этой стране крайне мало прибрежных районов, пригодных для высадки на них не только свиней, но и вообще для высадки на них кого бы то ни было - из-за обилия фьордов, скал и каменистых обрывистых массивов. Что и было указано в направленном в Москву ответном сообщении, в котором исключалась сама возможность «выбора свиньями из России» побережья Финляндии для в качестве места для выхода на берег ввиду крайне неподходящего для этих целей рельефа. Также указывалось на то, что морскими патрульными службами, моряками с проходящих судов, пилотами гражданских и военных самолетов и береговыми наблюдателями появления в море в зоне оптической видимости плывущего стада свиней, двигающегося в каком-либо направлении, зафиксировано не было.

Следующими были шведы. Здесь дело оказалось намного сложнее. От них пришло солидного вида извещение, в котором длинным перечнем российской стороне было предложено дать детальное описание породы уплывших свиней, их внешнего вида, указать примерный возраст животных, половой состав, клеймение, личный номер особи и т.д. в том же духе, что обычно всегда заносится в ветеринарно-санитарные паспорта всех без исключения сельскохозяйственных животных на территории тогдашнего еще дореформенного ЕЭС, но о чем на территории тогдашней Российской Федерации знали в лучшем случае лишь единицы из числа сотрудников бывших советских ВЭО, имевших прямое и непосредственное отношение к централизованным импортным поставкам продовольствия из стран Западной и Центральной Европы. 

Дело в том, что шведам удалось обнаружить у себя … нескольких бесхозных свиней. Причем, именно в районе морского побережья. Где уж они ухитрились их отыскать, кому они до этого принадлежали и как они туда попали, - так и осталось загадкой. Однако для представителей российского МИД это прозвучало как гром среди ясного неба. Даже несмотря на то, что к тому времени Министерство официально уведомило все околобалтийские государства о том, что никаких свиней в действительности выпущено в море не было, и весь вопрос по ним урегулирован уже много лет назад. Ничего, кроме скептической газетной заметки в датской прессе под названием «Русские скрывают утечку своих свиней» добиться этим не удалось, и занятие по информированию европейцев о дальнейшем развитии этой истории российским МИД-ом было прекращено, что лишь подкрепило уверенность европейцев в том, что Москва точно замыслила и осуществляет против них какую-то очередную дьявольскую диверсию, связанную на этот счет с водоплавающими экспериментальными свиньями-мутантами с жабрами вместо легких, сбежавшими из какой-то особенно засекреченной лаборатории, где этих чудовищ тайно разводят наследники Сталина. 

Возвращаясь к шведам, - переписка  и пересылка документов и фотографий по обнаруженным в Швеции свиньям велась внешнеполитическими ведомствами обеих стран почти два года. Причем, заключительная часть этого периода в основном сводилась к тому, что шведы прямо требовали от Москвы в максимально сжатые сроки забрать и вывезти «своих свиней» с территории Швеции, т.к. их содержание уже обходится налоговой казне в приличную сумму денег. В противном случае сельскохозяйственные животные должны были быть уничтожены ввиду невозможности их продажи третьим лицам из-за неспособности точного установления их происхождения, ветеринарного состояния и возможности безинфекционного контакта с другими особями того же вида. 

Почему шведы были столь уверены в том, что их свиньи из России ? Потому что на них не было упомянутого выше номерного клеймения их владельца и самого животного. Что для шведских свиней считается полностью невозможным. К счастью для свиней в итоге все-таки нашелся их хозяин, посаженный шведским правосудием под замок за какие-то махинации с сельскохозяйственным скотом, среди которых были и эти несчастные свиньи, которых этот человек нелегально выращивал для последующей перепродажи. Что, тем не менее, нисколько не помешало шведской прессе все это время активно пикировать российскую сторону на предмет враждебной политики в отношении Швеции.

Информация, между тем, просочилась в СМИ. В то время еще выходившая в тираж на газетной бумаге «желтая» пресса (к счастью, на тот момент лишь она одна !) практически всех околобалтийских государств буквально захлебывалась пестревшими в ней заголовками следующего содержания: «Не допустить проникновения русских свиней в Европу !», «Остановите дрейф русских свиней !», «Свиньи из России - Прямая угроза западному обществу», «Льдина со свинским экипажем», «Пришельцы на льдине !», «Заживо замороженные», «Дрейф обреченных», «Русские свиньи бегут в Европу», «Новая угроза !» и т.д., и т.п. Как, впрочем, это всегда бывает у любых журналистов, которые пишут о чем угодно и на какие угодно любые темы, - не особенно разбираясь в том, о чем, собственного говоря, закручен сюжет, - лишь бы написанное звучало максимально лихо даже на уровень европейского обывателя, испытанного до состояния полной толстокожести уже всеми видами газетно-информационных борзописцев. Дело уже шло к началу новой совершенно конкретной антироссийской истерии, возникшей буквально на пустом месте.

К делу активно включились всевозможные «зеленые», левацкие группировки и разного рода «гринписовцы», немедленно пронюхавшие об этой истории по своим каналам информации и почувствовавшие легкую наживу и дешевые политические дивиденды. Оживились и пресловутые «аграрии». 

Пока в процессе разбирались со шведами, отовсюду из Европы, с мира по нитке, приходили все новые сообщения о перемещениях беглых российских свиней. То их видели плывущими вдоль побережья Польши, то они делали попытку высадиться в Дании, но были отогнаны бдительными рыбаками,  то попадались в сети немецким рыбакам, но ухитрялись вырваться из них на свободу, то их видели норвежцы, то они добирались даже до Нидерландов, где ухитрялись оперативно подкормиться на местных лугах, прежде чем на них обращали внимание власти, ускользая затем прямо у них из-под носа, - натурально, бросаясь в море всем стадом. Или даже в достойном упоминания героизме упорно пробивались сквозь льдины и торосы куда-то в сторону Исландии, не говоря уже о многодневном следовании за судами дальнего плавания, в их кильватере, в надежде на «дары кока». Одним словом, улизнувшие из России свиньи «всплывали» в буквальном смысле слова по всей Балтике и почти по всему Северному морю. И пиратствовали на ней в свое полное удовольствие. О чем стороны незамедлительно сообщали в российский МИД с просьбами принятия соответствующих мер или с запросами на получение необходимых инструкций к действию, а в отдельных случаях даже с требованием компенсации за нанесенный свиньями ущерб. Что в обязательном порядке протоколировалось и заносилось в соответствующее «свинское досье» МИД РФ, разросшееся за годы «ведения дела» уже до совершенно немыслимых размеров. Причем никто так и не мог понять, почему за все эти годы в общем-то теплолюбивым свиньям, при всем их упорстве и склонности к нахождению в морской воде, никак не приходит в голову отправиться в какие-нибудь более теплые моря и широты, - обогнув, например, побережье Франции и выйдя к Бискайскому заливу. Или даже заплыть в Средиземное море через Гибралтар. 

Не говоря уже о том, что в те годы в Европе вовсю набирала популярность тема пресловутых «квакеров», под которыми в странах Северной Европы понимались сверхсекретные российские подводные аппараты, подающие под водой тайные акустические сигналы, способные по своим техническим возможностям забираться даже в канализацию к благонравным европейцам, чтобы оттуда прослушивать и узнавать их самые сокровенные мысли и контролировать их поступки. Так что история со «свиньями из России» в этом европейском контексте оказалась более чем к месту. 

Чтобы как-то подвести итог всему сказанному, могу лишь сказать, что по последней на тот момент информации, следовавшей из заключительной на тот момент папки с документами, «свинский косяк» в ходе плавания разбился на две группы, первая из которых все-таки высадилась где-то на побережье Дании, после чего «инфильтровалась» путем проникновения глубоко на ее территорию, все-таки смешавшись с представителями местных свиных пород. Смирившись с присутствием российских свиней на своей территории благодаря проводимой Данией политике всеобщей толерантности. На чем датчанам окончательно надоела вся эта история и они перестали придавать всему происходящему в рамках нее какое-либо значение. Ведь если они всяких странных людей у себя терпят, то и вполне мирных свиней потерпят и подавно. И они просто отписали в российский МИД, что ввиду значительности свиного поголовья, наличествующего на территории Дании в районе «пристания к берегу российских свиней», установление точного числа прибывших по морю животных и смешавшихся с местными свиньями невозможно. Равно как и не представляются возможными выявление и идентификация означенных животных с целью их группирования и пересылки по принадлежности в Российскую Федерацию или передачи ее компетентным органам. Не говоря уже о том, что с момента предполагаемого прибытия российских свиней на территорию Дании прошло уже порядочно времени, в течение которого истекли все возможные сроки исковой имущественной давности и передачи их законным владельцам. И т.д., и т.п.

«Зажилили», короче говоря, наших свиней жадные и хитрые до свинины толерантные датчане ! Российский МИД честно и совершенно дежурным образом направил в Данию по этому поводу несколько гневных, но совершенно безрезультативных писем, и в итоге, на данном направлении «миграции свиней» установилось окончательное затишье. Не ноту же протеста направлять датскому правительству на высшем уровне ? 

А вторая часть свиного «косяка» между тем плыла … на север. Обогнув материк и медленно дрейфуя вдоль побережья Норвегии.

А в 2000 году в резолюциях на документах, поступавших в МИД РФ по данному делу, начали прослеживаться тревожные нотки. Дело в том, что норвежцы недвусмысленно давали понять, что свиная стая, «время от времени вмерзая в лед», самым недвусмысленным образом, меняя льдины, дрейфует в сторону территориальных вод Российской Федерации, обогнув материк с севера, вдоль побережья Норвегии. На документе вверху стояла размашистая резолюция: «Не дайте свиньям вернуться в Россию !!!» Под которой стояла написанная другим почерком менее размашистая, но зато более конструктивная часть в виде вопроса: «Но ведь это же наши свиньи !?» Дополненная на отдельном прикрепленным снизу листочке второй резолюцией, четко выписанной первым почерком: «Потопите льдину ! При пересечении границы !»

Вот так. Воистину незавидная судьба ждала несчастных хрюшек при попытке возвращения домой !  Разумеется, сама идея потопить льдину, да еще и с экипажем из доказавших свою уникальную плавательную способность свиней на борту, выглядела более чем самонадеянной даже в устах российского государственного чиновника даже самого высокого ранга, - от безнадежности до фанатизма помешанного на уникальных тайных возможностях российского оборонного ведомства, - однако слышать в то время от них приходилось и не такое. Впрочем, как и сегодня. Так что удивляться ничему не стоило. Ни тогда, ни сейчас.

Замечу лишь, что норвежская и российская стороны в итоге зашли в тупик в процессе перепихивания друг другу льдины со стойко плавающими на ней свиньями, смещающейся волей бюрократической переписки международных чиновников все дальше и дальше на север, - вдоль линии территориальных вод России в районе т.н. «советской зоны Арктики», - куда-то в сторону Шпицбергена, где, как я понимаю, и должны были ко всеобщему удовлетворению сторон в настоящему моменту и закончить свой путь эти несчастные мореплаватели. 

Подчеркну еще раз, - все было более чем серьезно. В Старом Свете все обстоит всегда именно так. Потому что там живут и работают в государственной системе очень серьезные люди. И это - несмотря на весь комизм ситуации, о котором никто даже и не размышлял. И так продолжалось до 2000 года, когда весь этот по-своему курьезный, но от того – не менее драматичный для страны пакет документов был у меня в руках. С тех пор прошло почти двадцать лет. Куда там в итоге передрейфовали свиньи – неизвестно. Скорее всего, о них просто забыли, за естественным выбытием из жизни и с карьерной работы тех, кто этим занимался в 90-е годы и впоследствии.

Вот вам совершенно красноречивый и главное, конкретный пример того, как откровенно дурацкая история, сфабрикованная на пустом месте, связанная лишь с тем, что нашкодившие в чем-то малом государственные люди в нашей стране всегда панически боятся нести за что-либо личную ответственность, рискуя положением в обществе, должностью, зарплатой или неким имущественным статусом (рассчитывая, что все как-нибудь само собой рассосется), и способны в итоге легко превратить в общем-то хоть и серьезный, но тем не менее, достаточно пустяшный поступок внутреннего характера во все более нарастающий международный снежный ком, который, как я понимаю, все еще где-то катится по коридорам и кабинетам ответственных структур в России и за рубежом, и не ровен час, все-таки погребет под собой кого-нибудь в самый неподходящий для этого момент. Потому что уж что-что, а выбирать сверху или назначать объект приложения всей ответственности у нас в стране хорошо умеют.

Замечу лишь, что все эти описанные мной выше события разворачивались уже значительного позже того момента времени, когда с никому не известной в Европе станции выборгского направления железной дороги в неизвестном направлении пропало десятка полтора свиней, а описываемое многократное действие было растянуто в течение нескольких нет, на протяжении которых между всеми вовлеченными «в процесс» сторонами велась активная переписка, сопровождавшаяся то более затухающим, а то и, наоборот, более разгорающимся выяснением отношений и публикациями в прессе, которые, как я не исключаю, продолжаются где-то в недрах кабинетов и по сей день. Потому что нет в административной науке ничего более простого, чем инициировать некое действие, - которое, будучи предоставленным самому себе и теряясь временами даже за давностью лет из поля зрения связанных с ним ответственных исполнителей, со временем имеет тенденцию становиться полностью неуправляемым и неожиданным по возникающим из-за него последствиям. 

Так что если вам когда-либо случится побывать или тем более, поработать в территориальных департаментах, ответственных за страны Балтии, или в иных близких к ним структурах МИД РФ, просто даже ради интереса поинтересуйтесь тем, чем закончилась или, наоборот, чем продолжается уже в наши дни эта замечательная история. Тем более, что на начало «нулевых» она уже прочно вошла в анналы сатиры и юмора самого министерства в качестве историй, которыми обязательно делятся со всеми новичками. И это - несмотря на то, что ей активно занималось, сменяя друг друга за сим важным занятием, уже несколько поколений МИД-овцев, некоторые из которых, возвращаясь из долгосрочных загранкомандировок, вновь получали на свой стол для дальнейшего разбирательства уже знакомые им изрядно разросшиеся и обтрепавшиеся тома этого дела, пополнившиеся за годы их отсутствия серией новых папок и внушительного вида резолюциями «с самого верха». 

Николай Ю.Романов
----