Николай Юрьевич Романов

Немного хулиганства на высшем уровне
(Выдержки из мемуаров не состоявшегося Мининдел)
Посвящается 75-летней годовщине МГИМО МИД СССР / России

    Я и Официальное посещение военного корабля

Итак, томимый жаждою и неутешительными ожиданиями своего страшного конца, я устремился на представительском лимузине «Инфинити» на церемонию приписывания к порту г.Ченнаи самого большого корабля Службы береговой охраны Индии. Ранее этот стометровый кораблик, вооруженный маленькой, практически детской, итальянской автоматической пушечкой ловил злобных и злостных нарушителей индийского водного пространства – пакистанских рыболовных баркасов и прочих утлых лодок. О чем я имел сомнительное счастье периодически читать в пакистанских газетах сидючи в Карачи. Правда, писали они, естественно, с оборотным смыслом, называя этот корабль мерзким агрессором и пиратом.

Имея приблизительное представление о том, что меня ожидает и, ориентируясь на надпись в приглашении «форма одежды тропическая, неофициальная» я чрезвычайно мудро облачился в свой всем известный «тропикал сьют» и на зависть всем врагам и союзникам прихватил с собой кэпарик самой милитаристской раскраски.

И вот, я въехал на территорию местного порта. Что я там увидел? - можете спросить вы. А я отвечу, что увидел там какой-то сюрреалистический пейзаж, либо взятый из фильма Тарковского «Сталкер» или, например, сильно разгромленный завод металлических изделий. Кругом летала пыль, стояли полуразвалившиеся здания без окон, без дверей, бегали бродячие собаки, не ходили, а как-то шныряли люди, одетые в тряпье, лежали горы мусора, металлолома, роились и бодро жужжали стайки мух и другого летучего зверья. Единственным исключением, элементом, который выпадал из общей картины, были стоящие на каждом шагу полицейские, солдаты и матросы. Стоять просто так им было невтерпеж, поэтому они усиленно делали на своих лицах умственные гримасы, энергично размахивали конечностями и пытались командовать друг другом и всеми кого могли найти поблизости. При нашем приближении они начинали одной рукой отдавать честь, а другой ручонкой показывать, причем не всегда правильно, направление нашего движения. Помимо живых полицейских, каждые 20 метров имелись «лежачие». Делали их явно надеясь, что я поеду на грузовой машине, поэтому, когда бедная 50-тысячнодолларовая «Инфинити», как беременная утка, пыталась перевалить через них - раздавался леденящий жуткий скрежет, который производило днище нашей «Антилопы Гну». Все с нетерпением ожидали момента лицезрения отваливающегося колеса или на худой конец глушителя, но мы все-таки смогли лишить людей такого удовольствия.

Наконец, торжественный момент наступил – радостно ощупывая свои кости и карманы, мы приехали к причалу. Вытряхнувшись из машины, я со счастливой улыбкой и пузырями на губах вдохнул всей впалой грудью восхитительный 40-градусный и почти 100%-влажный тухловатый портовый воздух. Было около 11 часов утра – самое подходящее время (правда, только по мнению индийских военных) для всяких торжественных мероприятий на открытом воздухе. Однако, пока я пробирался к месту, предназначенному для сидения меня и других придурков иностранных дипломатов, совершивших подобную же глупость приехать, солнечного удара я не заработал, т.к. был спасен припасенным на самый солнечный день кэпариком. Как и следовало ожидать, мое кресло оказалось в почетном первом ряду – специально подготовленным для самых важных ВИП и единственным, куда не доставала спасительная тень парусинового навеса, болтавшегося где-то вверху. Рядом со мной обильно потел и страдал от постепенного пропекания малазийский генконсул, а чуть далее,  с каменной рожей, в костюме и галстуке, медленно угасал немецкий генконсул. В таком приятном, близком к галлюцинациям состоянии мы дружно пребывали довольно длительное время. Потом я слегка очнулся от этого летаргического сна из-за того, что у меня начали закипать ботинки. Это походило на эпизод из фильма «Дюна», только там главный герой видел как обугливается его рука, чувствовал боль, но на самом деле это происходило только в его воображении, а в моем случае я боль чувствовал, но ног не видел. Зато увидел, что стали плавиться мои ботинки, кстати, хорошие, испанские. От дикого жара клей, которым были приклеены резиновые накладки на подошвы, закипел и запузырился, после чего накладки медленно двинулись в собственное индивидуальное путешествие и съехали куда-то в сторону. В воздухе запахло паленой резиной и матерными выражениями. Хотелось выхватить саблю у сидящего рядом морского офицера и показать присутствующим, что такое российский официальный представитель, у которого земля горит под ногами. 

Но речи кончились и нас пригласили пошляться по кораблю (при условии, что мы там ничего не отвинтим). Все радостно вскочили с раскаленных кресел и как крысы дружно полезли на корабль. Корабль слегка просел, но в целом ему было по фигу. С умным видом, мы бродили по раскаленной палубе. Вокруг нас вились стайки офицеров, готовых ответить на самые тупые вопросы и терпеливо наблюдающих, как, например, малазийский генконсул засовывает своей палец в ствол крупнокалиберного пулемета, а шри-ланкийский генконсул пытается при этом нажать на гашетку (что, правда, у него не получилось, он только смог повернуть пулемет вместе с пальцем и воплем малазийца). Напоследок нас завели в рубку, где все испытали почти натуральный или более натуральный оргазм, поскольку она была с кондиционером! Все иностранные дипломаты (даже малазийский генконсул с распухшим пальцем, который он не без посторонней помощи все-таки смог выдернуть из ствола) воскресли и отвлеклись от своих честно заработанных тепловых и солнечных ударов. Но зря, в рубке ничего интересного не оказалось, акромя кондиционера и картинки на стене с силуэтами самолетов и вертолетов, в которые стрелять низя, так как они свои. Впрочем, стрелять по ним все равно было бы не из чего. 

Далее нас пригласили обратно на пристань на завтрак. Были сухарики, сдоба и прочее. К всеобщему удивлению (халявные же!) мы от них отказались. Зато наши обезвоженные организмы с громким хлюпом всосали в себя мааааааленькие стаканчики с соками. После чего все резко вспомнили об очень важных и срочных делах (типа грядки не вскопаны, корова не доена, жена ругаться будет и т.д.). Получив напоследок в качестве подарка календарик и две кривые кружки, я медленно похромал на своих обгоревших ногах в сторону машины. Впереди меня ждала следующая встреча - в местном правительстве…    
    
    Я и Принц

    (действительно правдивый рассказ)

    В конце марта я вместо простого, хоть и старшего по должности лица снова стал Управляющим официального представительства Российской Федерации, поскольку наш Генеральный консул неожиданно отправился праздновать свой день рождения в Нью-Дели в гости к нашему Послу (и пропал на 10 дней, по неофициальной информации в Гималаях, видимо день рождения удался на славу). Как обычно в подобной ситуации, отдуваться по работе, естественно, пришлось мне. Кроме этого, на мои широкие плечи также лег дополнительный груз протокольных и представительских мероприятий, в которых теперь приходилось участвовать сразу за двоих. И если в первом случае особо ничего страшного не случилось, не считая очередного сильного землетрясения в районе Суматры и последующей за ним здесь паникой в ожидании всесокрушающего цунами. Кстати, цунами боялись все сотрудники, кроме вашего покорного слуги, который был спокоен, как Лев, или, по крайней мере, как сын упомянутого Льва, поскольку был уверен, что Генконсул не собирается покидать индийскую территорию (объяснение корреляции между отлучками Генконсула и стихийными бедствиями требует отдельного рассказа и приводиться здесь не будет). 

Итак, вернемся к повествованию этой истории. Одним из важнейших протокольных мероприятий стал мой визит в официальную резиденцию Его Высочества Принца княжества Аркот Наваба Мохаммеда Абдул Али Азимджа. По моему мнению, необходимо отметить, что упомянутая королевская династия навабов Аркота является единственной на территории Индии официально признаваемой индийским центральным правительством. Давайте остановимся на этом поподробнее. Как, наверное, знает читатель, на территории современной Индии ранее существовали десятки различных государств и княжеств. Так куда же пропали их правители? Где все эти раджи, махараджи, раджемахараджи, навабы, ханы, султаны, набобы и прочие принцы? Разметала их жизнь по всему свету. Огромную роль в искоренении упомянутых лиц «голубых кровей» сыграл процесс обретения Индией свой независимости от Британской империи. Как известно эта процедура была не мгновенной, а длилась несколько лет. В том отрезке времени у каждой королевской семьи имелась возможность определиться со своим выбором. Многие проанглийские правители перебрались вслед за своими покровителями в Великобританию, кто-то отправился в иммиграцию в другие европейские страны, кое-кто переехал со всеми своими домочадцами и финансовыми средствами в соседние страны (так, например, в свою бытность, работая в Пакистане, я встречал некоторых индийских принцев и навабов). Остальные остались в Индии и просто утратили положение, свои владения и дворцы, а их титулы превратились всего лишь в дополнительные имена в паспорте (так, многие наши «младодипломаты» даже не знают, что в этом случае в паспорте первым пишется титул, а вовсе не имя). Что касается тогдашнего Наваба княжества Аркот, то он поступил, на мой взгляд, наиболее грамотно, рационально, прагматично и просто весьма хитро. Пользуясь хорошими отношениями с королевской семьей Британской империи, ему удалось продавить идею заключения особого соглашения между Великобританией и ее бывшей колонией по поводу сохранения своего общественного статуса. В результате, только что сформированное независимое индийское правительство подписало документ, согласно которому оно обязывалось сохранить за Навабом княжества Аркот его титул, движимое и частично недвижимое имущество, а также предоставить в безвозмездную и бессрочную аренду официальную резиденцию – расположенный в городе Мадрас дворец «Имир Махал». И даже ежегодно выделять средства на его содержание и ремонт (по этому поводу подробнее выскажусь чуть позже)! Ну не молодец ли был тот Наваб? Так что речь в этом рассказе идет именно о настоящем и единственном во всей Индии принце. На этом очередное отступление от самой истории предлагается считать законченным. 

Итак, я оделся приличествующим образом (летняя форма одежды – легкая хлопковая рубашка с коротким рукавом, широкие хлопковые брюки и красивый шелковый галстук), надо сказать весьма дальновидно, учитывая стоящую в Ченнаи апрельскую жару. Поскорее (из-за нее же) впрыгнул в представительский лимузин под родным российским флагом, взмахнул рукой, сказал «поехали», и мы поехали. Поскольку обоих индийских водителей мне пришлось отправить в командировку в Бангалор, куда в тот момент прилетал Министр информационных технологий и связи России господин Р., вести нашу «Инфинити» пришлось завхозу-водителю. Не удивительно, что первым его вопросом, как только мы выехали за ворота Генконсульства, был: «а куда ехать-то?». Будучи без ложной скромности уже опытным международником и путешественником (в отличие от нерадивого водителя-завхоза) и предвидя возникновение подобной ситуации, я заблаговременно выяснил приблизительный маршрут и месторасположение дворца. Поэтому, вместо неспешных размышлений о тщете всего сущего или сибаритского расслабления на заднем кожаном диване лимузина с режимом вибромассажа под приятную музыку, пришлось показывать дорогу.

Пробившись сквозь разношерстную толпу пешеходов, велосипедистов, мотоциклистов и моторикш, снующую по узким и кривым улочкам старого города, мы успешно добрались до места и въехали на дворцовую территорию. Пока машина выписывала «восьмерки» по внутренней, ведущей к дворцу дороге, я отметил характерный налет запущенности, присущей практически всем старинным комплексам в Ченнаи (обычно это отсутствие полное газонов, чахлость огромных старых деревьев, облезлость стен периметра и ветхость зданий). Все это мне хорошо знакомо, поскольку наше Генконсульство располагается на территории похожего имения, а Генконсул проживает во дворце, который ранее принадлежал семье наваба княжества Майсур. Поэтому мне хорошо известно, каких огромных материальных затрат требует поддержание в человеческом виде подобных древних строений. Из позитивных моментов «Имир Махала» могу отметить наличие нескольких пушек конца 19 века, по-видимому, находившихся в рабочем состоянии, которые стояли вдоль подъездной дороги. Добравшись к фронтальной части дворца и немного поблуждав среди строительных лесов, имевших все тот же налет заброшенности, я все-таки смог проникнуть внутрь дворца, где был встречен Его Высотчеством и, получив в качестве сопровождающего слугу, препровожден сквозь анфиладу парадных комнат на второй этаж в приемную залу, где присоединился к остальным гостям.   

Прием был организован по случаю визита нового (относительно, вернее вновь назначенного) Его Превосходительства Губернатора штата Тамилнаду Сардар Сурджит Сингх Барнала и его супруги Сардари Сурджит Кауры (еще был их сын – мрачный бородатый детина в чалме). Губернатора встречала вся королевская семья: сам Принц, его супруга Бигам Саида Абдул Али, мать принца, оба сына и их жены, одетые в традиционные для мусульман одежды (Принц и его родичи исповедуют ислам).  

По дороге в приемный покой и в самой зале мой взгляд подмечал царящий во дворце сплав роскоши и забвения. Огромные, написанные истинными мастерами портреты предков, антикварная мебель, древние письма, ветхие документы и черно-белые фотографии в рамочках, роскошные шелковые и бархатные портьеры, торшеры и вазы, старинное огнестрельное и холодное оружие, высочайшие потолки (например, в приемной зале потолок был на уровне третьего этажа – 8-10 метров), с которых гроздьями свисали вперемешку хрустальные люстры и цветные лампы на цепях, а также длинные мачты потолочных вентиляторов, дивные мозаичные окна. И вся эта красота лишь подчеркивала вытертость древних ковров, следы свежих цементных заплаток на величественных колоннах и отвисающие языки отслоившейся краски на стенах и потолках. Да, правительство явно экономило на средствах для косметического ремонта. Впрочем, не будем о грустном, тем более что подобное состояние характерно практически всем древним архитектурным памятникам. Хотя не так уж и много в Ченнаи зданий, которым бы исполнилось столько же, как этому - 170 лет.

Но вернемся к гостям. К тому времени, как я закончил рассматривать стены, в приемный покой (15х15 метров) набилась огромная куча народу. По крайней мере, стоящих вдоль стен кресел и диванов явно не хватало, чтобы обеспечить посадочными местами хотя бы половину присутствующих. Для меня кто-то специально освободил удобное кресло, и я практически насильно был в него усажен. Из тех гостей, с кем я был знаком ранее, хотелось бы отметить присутствие главы мусульманской общины Ченнаи,  католического епископа (исполняющего обязанности архиепископа Мадрасского), муллу мечети «Тысяча огней» (эту мечеть построил один из предков Принца), бывшего судью Верховного суда Индии и одновременно большого друга и почитателя России и СССР, и многих-многих других. Некоторых из них я знал визуально, но, к своему стыду, не помнил их имена. Из дипломатического корпуса в соседнем кресле сидел заведующий визовой секцией Генконсульства США, который имел бледный вид и постоянно жаловался на огромные объемы работы. Вдали виднелся некий молодой человек из консульского представительства Великобритании (и представитель, и его заместитель, не так давно покинули Индию, чтобы исполнять свои обязанности в Ираке, чем они страшно гордились). Одним из последних в залу влетел Генконсул ФРГ, дородный немец с усами «а-ля Гитлер». Места ему естественно уже не нашлось. Поскольку в комнате находилось большое количество дам, которые были вынуждены стоять, хотя для большинства присутствующих (мусульмане) это было в порядке вещей, я все-таки мучился по поводу своей «невоспитанности», поэтому предпринял попытку усадить представителя проигравшей во Второй Мировой войне страны в собственное кресло (чтобы вместо меня угрызениями совести начал страдать он). Однако этот хитрый маневр провалился благодаря насильственным действиям со стороны одного из родственников Принца, усадившего меня обратно. Впрочем, немецкому Генконсулу сразу же притащили нечто похожее на резную деревянную табуретку (которую выдернули из-под кого-то менее значимого). 

Помимо гостей в зале сновали слуги в традиционных старинных ливреях, изображали охрану агенты спецслужб и шныряли представители телевизионной и газетной прессы (ну куда же без них!). Общее количество народу приближалось к сотне. В помещении ощутимо уменьшался процент кислорода, а температура росла практически в арифметической прогрессии. Одной из первых жертв стал непривычный к индийской жаре Генконсул Германии, имевший неосторожность явится на прием в синтетическом костюме. Пиджак постепенно намок и стал менять свою форму. Скособочившись на своем насесте, герр К. что-то тихо шептал по-немецки, из чего я смог разобрать только что-то вроде «доннерветтер». Когда прибыл Губернатор, вслед за сопровождающей его толпой, в комнату ворвалась как всегда опоздавшая жена Генконсула США (почему-то без мужа) - знойная женщина бальзаковского возраста и китайского происхождения. Позднее ее уже видно не было, она затерялась в женской части толпы, откуда периодически доносились лишь свойственные только ей восторженные повизгивания.
Не будем останавливаться на торжественных речах Принца (который обливался потом в своем глухом и тесном парадном одеянии, включающем также меховую шапку-пирожок) и Губернатора (для которого это был второй визит во дворец, ранее он его посещал в 1990 году, когда первый раз стал Губернатором Тамилнаду, чему оба деятеля посвятили значительную часть своих выступлений). Давайте, сразу же после традиционного обвешивания главного гостя гирляндами и шарфами, перейдем ко второй части этого «мерлизонского балета».

После громких, но непродолжительных (слишком жарко) аплодисментов, гости начали перебираться в обеденный зал, где стояли несколько накрытых столов. Мест, как обычно, на всех не хватило. Тут мне повезло, поскольку я был обнят и увлечен навстречу чаю забавным старичком – бывшим судьей, который был старым другом королевской семьи, поэтому мы с ним были усажены за главный стол, рассчитанный всего на 16 персон. Справа от нас сидел мулла (прочитавший короткую молитву), напротив Принц и губернаторское семейство, слева (через одно место от меня, это важно) расположилась хозяйка дома (весьма милая женщина, я с ней беседовал на разные интересные темы на некоторых приемах). Последнее место между нами с топотом занял мой немецкий коллега в мокром пиджаке. Засуетились ливрейные слуги, на наших тарелках прекрасного старинного английского фарфора с вензелями и гербом княжества стали появляться различные закуски и сладости. Надо сказать в Индии их огромное и разнообразнейшее множество. В хрустальных бокалах искрился вкусный шербет, в более крупных стаканах плескалась прохладная вода. Естественно спиртного на этом покрытом хрустящей накрахмаленной скатертью столе не было ни капли (надо уважать традиции ислама), однако некоторым и без него было хорошо. И только я, предварительно не придя к окончательным выводам в дискуссии с судьей по поводу ингредиентов шербета, хотел обратиться с тем же вопросом к герру К., как случился самый ужасный на моей памяти протокольный инцидент. Упомянутый господин жадно потянулся к очередному блюду с какой-то вкусной массой, но сделал это слишком резко, и в результате опрокинул свой бокал с шербетом. Тяжелый хрусталь с диким грохотом рухнул на фамильную тарелку с медовым соусом и разлетелся на куски, такая же участь постигла и саму тарелку. Брызги шербета и соуса по разнообразным и сложным траекториями разлетелись во все стороны. Меня прикрыл пиджак (есть ведь все-таки от него польза) немца.

Остальным повезло меньше. Сохраняя свою убойную силу, капли вонзились практически во всех за столом. Кажется, принцу пара капель залетели прямо в рот (что вызвало у него приступ кашля), а Губернатору они приземлились на роскошную окладистую бороду. Однако в самом эпицентре этого сладкого взрыва оказалась Супруга Принца, которой помимо наибольшего разнообразия брызг на верхнюю половину тела достался также шербетный поток, устремившийся с края стола прямо на колени. Кроме одежды хозяйки, скатерть тоже была безнадежно испорчена. Все сделали вид, что ничего не заметили. Супруга Принца делала вид, что прохладное сладко-липкое питье на одежде было именно тем, без чего она чувствовала себя в этом душном зале очень неуютно. Немецкий Генконсул сделал вид, что ничего такого не делал и учтиво предложил свою салфетку обляпавшейся как последняя грязнуля Принцессе. При этом он чуть не сбил оставшиеся в районе досягаемости столовые предметы (ничего страшного, целым остался только стакан с чистой водой). Супруга Принца в ужасе отшатнулась, но потом взяла себя в руки и извинилась за неподобающий царственной особе внешний вид. После чего слуги в спешном порядке унесли все тарелки (начали они с немца) и подали кофе. Уши Генконсула ФРГ исторгали красивое малиновое свечение. Губернатор поспешил откланяться. Из-за этого все встали из-за стола и я не успел допить свой любимый натуральный южноиндийский кофе с молоком. Дальше ничего интересного уже не происходило. 

По дороге к выходу меня остановили невестки Принца и слегка отмытая Супруга, состоялся интересный разговор (личного характера, поэтому я его пересказывать здесь не буду, надо уважать прайВаси). В результате я опоздал официально попрощаться с Его Высочеством (ничего страшного, на другом приеме это сделаю, я с ним часто вижусь и беседую), гости и их транспортные средства уже рассосались, и я убыл с этого торжества в гордом одиночестве. Российский флаг, установленный как "не положено" на машине, весело веял на ветру, вызывая гордость у автора за нашу великую Родину. Все было комильфо.                                                               

P.S. Историю династии навабов княжества Аркот, некоторые виды дворца и элементы его декора можно при наличии желания и минимального английского посмотреть на семейном веб-сайте Принца: www.princeofarcot.com